В событиях на линии Анкара—Баку есть видимая сторона, однако мотивы, на которые ссылаются в информационных атаках против Азербайджана в Турции, не отвечают на вопрос о «подлинной причине». Даже выдвигаемые версии не дают полного ответа на вопрос: «Что происходит за кулисами и в чем заключается проблема, по которой столкнулись стратегические союзники?» Впрочем, один момент может прояснить ситуацию: хотя исполнителями информационных атак кампанийного характера против Азербайджана в Турции — от Карабаха до вопроса хиджаба — выступали различные группы и медиа-субъекты, правящие круги дважды напрямую подключались к процессу или выступали в роли бенефициаров.
Первым случаем стала атака Ирана с использованием дронов на Нахчыван.
До этого роль правящих кругов в обвинениях против Азербайджана, особенно связанных с отношениями с Израилем, была менее заметной. Впервые жесткая позиция Баку после удара иранского дрона по Нахчыванскому аэропорту была в Анкаре встречена в штыки. В близких к власти медиа-ресурсах (группа Albayrak), а также в политических кругах Баку обвиняли в жесткой реакции на атаку, распространялись даже утверждения о том, что нападение на Нахчыван было организовано Израилем. Нападению подвергся Азербайджан, однако в Турции, являющейся гарантом безопасности Нахчывана, обвиняли Баку.
Вторым случаем стали события вокруг единой школьной формы.
После атаки на Нахчыван аналогичные информационные атаки, связанные с Азербайджаном, в Турции продолжились, однако правящие круги оставались на втором плане. Даже в известном инциденте, связанном с выступлением Нетаньяху в ООН за несколько дней до вопроса школьной формы, обвинения в основном распространялись через информационные ресурсы. Вопрос «запрета хиджаба» вышел на официальный уровень — к нему подключились главный советник президента Турции Октай Сарал и депутаты от ПСР.
Примечательно, что Турция продемонстрировала в отношении Азербайджана позицию по вопросам хиджаба, которой прежде никогда не придерживалась в отношении другой страны. Например, аналогичные правила действуют в Северном Кипре или в других странах-членах ОТГ, однако Турция не реагировала так, как отреагировала на Азербайджан. Эта деталь не только указывает на то, что истинный вопрос заключается не в хиджабе, но и опровергает утверждения о том, что «Азербайджан пошел на этот шаг в отношении школ, зная, что Турция отреагирует жестко, а целью является создание напряженности». Напротив, для Азербайджана, по всей видимости, такая реакция Турции, не реагирующей на хиджаб в своем ближайшем окружении, стала неожиданностью.
Как и всегда, атаки ожидали со стороны Ирана. В действительности предположения об основной цели нынешнего, отчасти неожиданного введения школьной формы обращают внимание на закулисную сторону процесса. Мы уже писали об этом ранее: не исключено, что вопрос школьной формы является шагом по созданию «управляемого хаоса», выявлению все еще сохраняющихся точек вмешательства в религиозно-идеологическое пространство Азербайджана и их нейтрализации до возможного развития событий в регионе.
Вмешательство Турции в процесс отодвинуло Иран на второй план и, образно говоря, сыграло роль барьера. Это также выглядит как попытка сорвать возможный план Азербайджана.
И, как и в случае с атакой на Нахчыван, на этот раз правящие круги Турции заняли позицию против Азербайджана именно из-за Ирана.
Эти детали усиливают версию о том, что Иран является точкой стратегического столкновения на линии Баку—Анкара. Вопрос не в том, что Азербайджан занимает противоположный Ирану лагерь. Напротив, Баку, несмотря на периодически возникающую искусственную напряженность, исходящую из Тегерана, остается верен принципу добрососедства, выступает за прекращение войны и урегулирование конфликта за столом переговоров, что демонстрировал как политическими, так и практическими шагами. Однако наряду с Ираном и в Турции формируется мнение, что Азербайджан занимает противоположный лагерь; это одно из утверждений, распространявшихся как во время атаки на Нахчыван, так и в ходе последних процессов.
Существует ожидание решающего процесса, связанного с Ираном. При возможном развитии событий, не зависящем от него, Азербайджан вынужден учитывать свои интересы, включая Тебриз. В этой перспективе интересы Турции в отношении Ирана и будущего региона не совпадают с интересами Азербайджана.(Publika.az)
Читайте также
