Как известно, вице-президент Ирана Сейед Хамид Пурмохаммади 8–10 ноября посетил Армению. В ходе визита он принял участие в церемонии, организованной по случаю присвоения церемониальному залу исторической Голубой мечети в столице Армении Ереване имени армянского поэта Егише Чаренца. Он также присутствовал на открытии памятной доски с именем поэта. На следующем этапе в этом зале планируется установить бюст поэта.
Этот поступок вице-президента Ирана является очередным проявлением политического лицемерия Тегерана. По сути, мы уже привыкли к подобным шагам официального Тегерана. Однако с учетом текущего момента и меняющихся условий этот шаг следует проанализировать более подробно.
Место, названное именем Егише Чаренца, — это не построенная Ираном в Армении школа, библиотека или культурный центр, а именно церемониальный зал Голубой мечети. То есть речь идет о присвоении церемониальному залу мечети имени поэта-немусульманина, а затем о размещении в этом месте доски с его именем. Если бы это сделала какая-либо немусульманская страна, это в определенной степени можно было бы понять. Однако такой шаг со стороны Ирана резко противоречит религиозным ценностям самой этой страны.
Эти противоречия становятся еще более очевидными при рассмотрении вопроса на основе принципов большинства исламских мазхабов, в том числе джафаритско-шиитского фикха, являющегося официальным мазхабом иранского государства. В целом даже на украшение мечетей золотом накладываются ограничения. Существуют строгие религиозные предписания в отношении изображений живых существ, статуй и барельефов. В то же время украшение мечетей изображениями живых существ, таких как люди и животные, не соответствует традиционной религиозно-архитектурной практике ислама.
Однако если учесть, что Иран закрыл глаза на то, что Армения более 30 лет держала под оккупацией 20 процентов земель Азербайджана, и не возражал против превращения мечетей возрастом более 100 лет в свино- и коровьи фермы, то и этот шаг не вызывает удивления. К слову, это все тот же Иран, который громогласно кричит об Аль-Аксе, но при этом создает условия для превращения Голубой мечети в армянское культурное пространство.
Странно!
Теперь необходимо взглянуть как на историю Голубой мечети, так и на личность армянского поэта Егише Чаренца, чье имя было присвоено церемониальному залу.
Егише Чаренц родился в 1897 году в Карсе. В 1919–1920 годах он жил в Ереване, а впоследствии занял важное место в литературно-культурной жизни Советской Армении.
В годы советской власти, особенно в 1920–1930-х годах, деятельность религиозных памятников ограничивалась, ряд мечетей и церквей закрывался, а некоторые использовались для других целей. Голубая мечеть также утратила в тот период функцию места богослужения и с 1937 года начала действовать как Ереванский музей истории и природы.
Интересно, что в сохранении Голубой мечети от разрушения в советский период были и «заслуги» Егише Чаренца. Вместе с рядом влиятельных армянских интеллигентов он выступал в тот период против разрушения Голубой мечети.
На первый взгляд это может показаться весьма гуманным поступком, однако в действительности у этого вопроса есть более интересные стороны. Дело в том, что, как уже отмечалось выше, в те годы закрывались и разрушались не только мечети, но и церкви. Религиозная деятельность Армянской апостольской церкви сталкивалась с серьезными ограничениями, были закрыты многочисленные церкви.
Если бы Егише Чаренц вместе с собранными вокруг него людьми протестовал лишь против закрытия и разрушения церквей, эта инициатива, разумеется, получила бы поддержку преимущественно армян. Однако в тот период армяне не обладали влиянием в Кремле. Поэтому для формирования более масштабного протеста и давления они пытались заручиться поддержкой азербайджанцев.
Если учесть, что в тот период на территории Армянской ССР проживало более 250 тысяч азербайджанцев (точная цифра может отличаться), а также что в Иране насчитывалось более 20 миллионов, в Азербайджанской ССР — около 5 миллионов азербайджанцев, а в Грузии и Дагестане также существовали крупные азербайджанские общины, такой подход не был столь уж нелогичным. Иными словами, выдвижение на первый план защиты Голубой мечети ради получения поддержки азербайджанцев в борьбе за сохранение армянских церквей было достаточно продуманным и хитрым шагом.
В том или ином виде Голубая мечеть существует в Армении и сегодня. Однако уже много лет эта мечеть преподносится как иранское наследие. Между тем Голубая мечеть является частью историко-культурного наследия Азербайджана. Мечеть была построена в XVIII веке, в период Эриванского ханства, во время правления Эриванского хана Гусейнали хана.
Какова цель Ирана?
Необходимо также хорошо понимать цель Ирана. Считаю, что этим шагом Тегеран хочет нанести ущерб отношениям между Ереваном и Баку. Долгое время Тегеран, занятый борьбой против атак США и Израиля, не мог вмешиваться в процессы, происходящие на севере. Между тем между Азербайджаном и Арменией шел успешный переговорный процесс, проводились встречи комиссий по делимитации и демаркации, послания лидеров на различных международных мероприятиях носили позитивный характер, подавались положительные сигналы, связанные с миром.
Как говорится, когда друг радуется, врага охватывает горечь!
Иран хорошо знает, что Голубая мечеть является для азербайджанцев чувствительным вопросом как минимум в той же степени, что и мечеть Говхар-ага в Шуше. Подобно тому как Иран в период оккупации пытался представить мечеть Говхар-ага своим историческим и религиозным наследием.
Не исключено, что Баку в этом вопросе будет действовать сдержанно. Если не сегодня, то на следующем этапе он отдельно обсудит этот вопрос с Арменией. Несомненно, наступит день, когда то, что это наследие является историческим наследием Азербайджана, будет озвучено и самим Николом Пашиняном. Подобно тому, как сегодня он признается своему народу во многом из того, что должно быть сказано.
Я говорю это не в смысле унижения или диктата. Опыт показывает, что Президент Азербайджана знает, что и когда нужно делать, и делает это. Я полностью уверен, что и этот вопрос будет решен в ближайшие годы. Этот шаг Ирана задевает достоинство 300 тысяч азербайджанцев, изгнанных из Армении. Подобно тому как мы вернулись на освобожденные от оккупации территории и стали хозяевами своих мечетей и других историко-религиозных памятников, наступит день, когда мы станем хозяевами и Голубой мечети…
Туран Рзаев
Политический обозреватель Globalinfo.az
Читайте также
