Политическая ситуация в Иракском Курдистане обострилась. Разногласия, долгое время сохранявшиеся между двумя основными политическими силами региона — Демократической партией Курдистана (ДПК) и Патриотическим союзом Курдистана (ПСК), — перешли в фазу открытого политического противостояния.
Лидер ПСК Бафель Талабани заявил, что его партия выходит из Регионального правительства Курдистана, не признаёт итоги заседания парламента, состоявшегося в Эрбиле, и решения, принятые по его итогам. Он также заявил, что если ДПК назначит в Эрбиле своего президента, премьер-министра и министров, то ПСК предпримет аналогичные шаги в Сулеймании. Это заявление означает, что в Иракском Курдистане вновь может возникнуть модель двойного управления, которая, как считалось, была устранена в 2006 году.
Очевидно, что происходящее связано не только с избранием спикера парламента. Речь идёт о выходе на поверхность политических, экономических и административных противоречий, накапливавшихся длительное время. Чтобы понять суть вопроса, необходимо прежде рассмотреть политическое устройство Иракского Курдистана и сложившийся там баланс сил.
Система Иракского Курдистана
В Иракском Курдистане уже много лет ключевую роль играют две политические семьи и возглавляемые ими политические структуры. С одной стороны — ДПК во главе с Масудом Барзани, с другой — ПСК, основанный покойным Джалялем Талабани и ныне возглавляемый его сыном Бафелем Талабани. Основной политической опорой ДПК являются Эрбиль и Дохук, тогда как ПСК опирается преимущественно на Сулейманию. Наиболее примечательно то, что эти две политические силы влияют не только на партийные структуры, но и на сферы безопасности, экономики, местного управления и СМИ.
В целом Иракский Курдистан формально представляет собой единое автономное политическое образование, однако распределение сил внутри него на протяжении многих лет формировалось вокруг двух основных политических центров. В 1990-е годы борьба между ДПК и ПСК дошла до вооружённого противостояния, в результате чего регион фактически разделился на две отдельные зоны управления. В 2006 году эти администрации были объединены в соответствии с достигнутым политическим соглашением. Однако административное объединение не устранило все различия в политической сфере и сфере безопасности. Иными словами, две отдельные политические системы продолжили действовать под единым правительственным зонтиком.
На парламентских выборах, состоявшихся в октябре 2024 года, ДПК получила 39 мандатов, а ПСК — 23. Ни одна политическая сила не набрала достаточно голосов для самостоятельного формирования правительства. Тем не менее после выборов стороны не смогли достичь договорённости по вопросу формирования правительства, распределения высоких должностей и определения руководства парламента. В результате регион более двух лет управлялся прежним временным правительством.
Возобновление работы парламента 4 ноября и избрание спикером кандидата ДПК Валы Фарида ещё больше обострили и без того напряжённые отношения. ПСК расценил это заседание как шаг, предпринятый без политической договорённости, и бойкотировал его. После того как 5 ноября Бафель Талабани объявил о решении выйти из правительства, кризис перешёл в новую фазу.
Одна из сторон вопроса — распределение власти. ДПК, ссылаясь на получение большего числа мандатов на выборах, хочет, чтобы за ней признали ведущую роль в управлении регионом. ПСК же считает, что, являясь второй по величине политической силой, его представительство в правительстве не должно носить лишь формальный характер. В частности, основными предметами спора между сторонами остаются вопросы президентского поста, должности премьер-министра, структур безопасности, контроля над финансовыми и экономическими ресурсами.
Внешние связи
ДПК традиционно поддерживает более тесные политические и экономические отношения с Турцией. Между Анкарой и Эрбилем существует значимое сотрудничество, особенно в сферах экспорта энергоресурсов, торговли и безопасности границ. ПСК, в свою очередь, исторически отличается более близкими отношениями с Ираном. Географическое положение Сулеймании, экономические связи с Ираном и региональные политические контакты ПСК сыграли важную роль в формировании этой близости. Вместе с тем обе политические силы поддерживают связи с США, а Вашингтон на протяжении многих лет работал с обоими основными политическими игроками Иракского Курдистана.
Обострение отношений между Ираном и США, позиция Ирака в региональных противостояниях и внешние связи курдских политических сил превращают Иракский Курдистан в политическое пространство особой значимости. Для Вашингтона регион важен с точки зрения присутствия в Ираке, безопасности и сдерживания регионального влияния Ирана. Для Тегерана же предотвращение формирования в Иракском Курдистане политических и военных платформ, которые могут быть использованы против него, является важным вопросом безопасности.
Я считаю, что в нынешней ситуации нельзя оставлять без внимания иранско-американский фактор. Можно даже предположить, что региональная напряжённость ещё больше усложняет внутриполитическую борьбу между ДПК и ПСК.
Если стороны в ближайшее время не достигнут компромисса, внутри Курдистана могут произойти серьёзные столкновения.
Туран Рзаев
Политический обозреватель Globalinfo.az
Читайте также
