Президент США Дональд Трамп сделал примечательное заявление, комментируя трехстороннюю встречу с российским коллегой Владимиром Путиным и председателем КНР Си Цзиньпином, прошедшую в Шэньчжэне. Трамп сообщил, что Китай впервые согласился участвовать в совместных с Россией и США консультациях по снижению ядерных рисков.
«Они не решались на это, поскольку Китай значительно отстает от России и США по числу ядерных боеголовок. Однако через 10 лет они догонят нас», — сказал Трамп.
В беседе с Globalinfo.az политолог Юсиф Багирзаде заявил, что возможное соглашение между Пекином и Вашингтоном по вопросам ядерной безопасности может стать важным событием в системе международных отношений:
«Однако главный вопрос здесь заключается не в том, сядут ли две страны за стол переговоров, а в том, насколько устойчивым будет достигнутое соглашение и насколько оно будет ориентировано на реальные результаты.
Полагаю, США и Китай могут действовать совместно по определенным вопросам, однако это не будет означать, что их стратегическое соперничество отойдет на второй план или что они станут доверять друг другу. Напротив, ядерная безопасность — одно из редких направлений, в котором интересы обоих государств в определенной точке совпадают.
Для Вашингтона стремительное расширение ядерного потенциала Китая формирует новую стратегическую реальность. Поэтому США уже не могут ограничиваться учетом двустороннего ядерного баланса только с Россией. Расширение китайского арсенала в будущем может усложнить расчеты США в сфере безопасности, оборонную стратегию и политику ядерного сдерживания. Поэтому Вашингтон заинтересован в вовлечении Пекина в механизмы контроля над ядерным оружием и снижения рисков.
Для Китая такой диалог, в свою очередь, создает дополнительные дипломатические возможности в отношениях с США. Пекин стремится сохранить право на наращивание своего ядерного потенциала и одновременно укрепить на международной арене образ ответственной великой державы. В этом контексте участие в переговорах может принести Китаю как политические, так и дипломатические дивиденды.
Вместе с тем между интересами сторон существуют серьезные противоречия. Наиболее серьезная проблема заключается в подходе к количеству ядерных вооружений. В то время как США и Россия располагают тысячами ядерных боеголовок, китайский арсенал значительно меньше. Пекин, ссылаясь на эту разницу, не считает справедливым ограничивать себя на тех же условиях, что Вашингтон и Москва. Эта позиция останется одним из наиболее сложных направлений переговоров».

Юсиф Багирзаде
Политолог заявил, что в американо-китайских отношениях существуют такие фундаментальные проблемы, как вопрос Тайваня, соперничество в Южно-Китайском море, технологические ограничения и торговые противоречия:
«Рост напряженности по любому из этих вопросов может негативно повлиять на политическую атмосферу соглашений, достигнутых в сфере ядерной безопасности.
К результатам последней трехсторонней встречи также следует относиться с осторожностью. Хотя лидеры подтвердили свою позицию о недопустимости ядерной войны, четкой дорожной карты по началу конкретных переговоров о контроле над вооружениями объявлено не было. Это свидетельствует о том, что политическая воля пока есть, однако практические механизмы еще не сформированы.
Считаю, что в ближайшей перспективе между США и Китаем более вероятно сотрудничество в ограниченных сферах, чем масштабное стратегическое соглашение. Например, реальных результатов можно достичь в таких направлениях, как предотвращение ядерных инцидентов, заблаговременное информирование о ракетных испытаниях, поддержание открытыми каналов военной связи и взаимные консультации в кризисных ситуациях.
Что касается устойчивости соглашения, было бы неправильно оценивать ее несколькими месяцами политического сближения. Если стороны смогут превратить переговоры в институциональные механизмы, сотрудничество может продолжаться годами. В противном случае эта инициатива останется временным дипломатическим процессом, зависящим от личных отношений лидеров.
Иными словами, Пекин и Вашингтон, оставаясь соперниками, могут сотрудничать в снижении ядерных рисков, создающих общую угрозу для человечества. В действительности в нынешних международных условиях такое ограниченное сотрудничество выглядит более реальным и значимым, чем стратегическое партнерство».
Туран Рзаев
Globalinfo.az